?

Log in

No account? Create an account
История успеха одной личности в совке. Воспоминания советского м.н.с.а - vanitas_vanit [entries|archive|friends|userinfo]
vanitas_vanit

[ website | My Website ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

История успеха одной личности в совке. Воспоминания советского м.н.с.а [Jul. 29th, 2012|09:01 pm]
vanitas_vanit
Увидел недавно обсуждение в сети инициативы Медведева насчёт плагиата в научных работах. Ну, касательно студентов списывающих там особо не о чем и спорить, интереснее оказалось почитать насчёт списывающих диссертации. Справедливо многи отметили, что не столь часто именно списывают, сколь любят либо нанимать "негров" либо просто покупать уже готовое. Ну и повозмущались, как водится - дескать вот, до чего дожили, вот в совесткие времена... Ха, господа-товарищи, в советские времена всё было конечно не совсем так, но тоже не менее уродливо. Хочу опять рассказать историю, которую как-то давно уже рассказывал. Я с ней столкнулся, будучи ещё совсем молодым и желторотым, судить о том, насколько она типична, не мог. Но интересно, что среди откликов на мою первую "публикацию" было несколько таких, что меня поразили. Люди писали: "я узнал, о ком это: такая история случилось в 198x году в yyyy научном центре, только детали вы немного исказили". При этом и год и центр назывались разные, и ни один не совпал с реальным прототипом! То есть случившееся в сущности было довольно банальным, и ничего удивительного в нём нет. Люди во все времена прорывались к успеху разными способами, зачастую не считаясь с моралью. Сейчас этого ничуть не меньше, чем было раньше: изменились только обстоятельства и конкретные методы. Поэтому упор я в этот раз хочу сделать на ином моменте. Не буду подробно расписывать перепетии с самой скандальной докторской диссертацией, а пожалуй расскажу историю "советского успеха": как простой паренёк из рабочей семьи сделал неплохую карьеру. Оговорюсь сразу: талантливые люди встречаются в самых различных социальных слоях, и тех, кто благодаря своим способностям и трудолюбию пробивались и делали себя с нуля, я всегда очень-очень уважал. Но тут паренёк научным талантом особым не обладал, правда обладал способностями иного рода... И последнее замечание перед изложением истории. Если сейчас диссертация - в общем-то вопрос скорее престижа, то в советские времена она зачастую была вполне конкретным фактором благополучия. Помню хорошо, как в памятные позднегорбачёвские времена все ломились в гигантских очередях за обыкновенными макаронами, а вот в моём тогдашнем городке доктора наук (не все правда)получали иногда "продовольсвенные заказы". Ничего в них не было, кроме обычных продуктов, но только те, кто были в сознательном возрасте в те времна могут оценить значимость даже таких - смешных по сегодняшним меркам - привилегий.

Итак, Андрей (назовём его так) имел происхождение "из рабочих". Графа "социальное происхождение" присутсвовала во всех советских анкетах, факт рабочего происхождения Андрея поминался на протяжении всей его карьеры и играл немалую роль, так что остаётся принять его на веру. Был ли вправду отец его простым рабочим, или не совсем простым - того я не знаю, да это в конце-концов и не важно.
Рабочее происхождение позволило Андрею попасть на подготовительное отделение одного известного и престижного московского технического ВУЗа. Тут стоит пояснить, что тогдашнее "подготовительное отделение" не имело почти ничего общего с нынешними сугубо коммерческими "подготовительными курсами": туда брали именно "талантливую молодёжь из рабочих", по окнчании курсов для поступления в соответсвующий ВУЗ им достаточно было хоть как-то сдать экзамены. Такие студенты (их именовали "рабфаковцами") были обычным явлением, учились они и со мной. Если говорить о моём личном отношении к идее такого привилегированного пути в престижный ВУЗ, то в принципе в ней пожалуй было какое-то рациональное зерно: ведь как ни крути, а возможности для подготовки к поступлению далеко не у всех были равными. Но рациональное зерно существовало именно в принципе, то есть теоретически, ибо практически я наблюдал, что реально талантливые выходцы из рабоче-крестьянских слоёв почему-то пробивались в ВУЗы на общих основаниях, а среди "рабфаковцев" как-то ни одного даже со средними способностями не оказалось. Большинство из них вовсе не доучивались до конца (несмотря на очень снисходительное к ним отношение), а кто и доучивался, то не шибко блестяще. Наверное отбор в "рабфаковцы" проходил не по таланту, а по каким-то иным критериям...
Как именно учился Андрей, точно я не знаю. По воспоминаниям его сокурсника (дошедшим до меня через вторые руки) - не очень хорошо. Зато был большим комсомольским активистом. Ну и совсем не могу я достоверно утверждать, вступил ли уже тогда Андрей в контакт с Органами. Знаю только, что таковой контакт безусловно существовал в гораздо более поздние времена, но вообще-то вполне естесвенно предположить, что началось всё ещё в студенчестве. Настроения молодёжи - особенно в элитных ВУЗах - всегда интересовали "кого надо" в нашем отечестве, а такой вот товарищ с правильным классовым происхожением, не вполне уверенно чувствующий себя в учёбе, просто напрашивался в кандидаты на осведомителя. Это ведь несомненно добавляло как стабильности в текущем положении (отчислить сложнее), да и с послевузовским рапределением опять же способствовали...
Опять же не зная всей подоплёки, могу лишь предполагать, как вышло, что не попав в аспирантуру (всё же закончил отнюдь не блестяще), Андрей тем не менее оказался в одном из ведущих советских научных центров, в который и куда более успешным выпускникам попасть было весьма непросто. Оказаться-то оказался, но поначалу карьера шла не шибко, даже несмотря на продолжающуюся общественную активность и вступление в Партию (не спрашивайте, в какую: в те времена существовала только одна). Всё же сказывалась почти полная беспомощность Андрея в науке. Но оставаться младшим научным сотрудником на долгие годы в его планы точно не входило.
Сначала нудна была кандидатская степень. В аспирантуру своего ВУЗа Андрей не попал, в научном центре, где работал, тоже шансы были минимальны (слишком мало от него было пользы), так что сумел - как именно, мне неизвестно - устроиться в заочную аспирантуру где-то в не очень притязательном месте. Ну чтож, кандидатскую диссертацию Андрей, похоже, написал сам. Как умел. Когда в силу обстоятельств (о чём ниже) меня заинтересовал жизненный путь Андрея, я не пожалел времни и докопался до этого его кандидатского шедевра. Чтож, сказать, что работа была очень слабая - это мало что сказать. В конце-концов среди кандидатских диссертаций не так уж много было (и есть) чего-то стоящего. Но там была вещь, которую обычно не прощали. Дабы повысить градус впечатления от решённой убогенькой задачи Андрей пошёл на некий подлог: он использовал нестандартную терминологию (что уже плохо, но это ещё не всё) так, что при относительно беглом просмотре работы создавались ассоциации с известными действительно сложными и интересными математическими задачами. Рассчёт был понятен, но риск состоял в том, что если вдруг кто-то не ограничивался беглым просмотром, а, продираясь среди нестандартных терминов, вникал в суть, сделаный подлог становился очевидным. По всей видимости кто-то из учёного совета такое сделал и поделился с частью коллег, потому что - опять же по воспоминаниям очевидцев - Андрею на защите накидали изрядно "чёрных шаров". Но он всё же проскочил (почему именно, восстановить для меня точно было сложно, но что-то ему помогло - скорее всего политического характера). В общем риск себя оправдал, первый шаг был сделан. Тут кстати проявился уже реальный талант Андрея: красиво излагать. Это он умел - правда до тех пор, пока хватало его компенетности в материале. Наверное в наши времена из него вышел бы неплохой менеджер по рекламе. Но вернёмся к истории.
Первый шаг был сделан: необходимый, но недостаточный. Ибо в элитном центре кадидатов наук было и так предостаточно, а уж к защитившимся на стороне и вовсе относились настороженно. Чтобы делать карьеру, надо было обязательно засветиться и запомниться, а далее найти себе сильного покровителя. Чтобы понять последующее, надо знать тогдашнюю обстановку в том научном центре. Одно время им руководил Большой Академик. Он был Большим не только в научном смысле (на сей счёт как раз различные мнения существовали), но и в смысле административном. Он стал членом ЦК КПСС, был вхож во многие высокие кабинеты. И в конце-концов занял руководящий пост, ради которого от директорства научным центром пришлось отказаться. Но терять контроль над ним не хотелось. И Большим Академиком была проведена политическая комбинация. Директором вместо себя он оставил неплохого учёного, но совершенно никакого руководителя. Реальные административные рычаги были переданы двум его сильным и амбициозным заместителям, причём - очень важно - разделение сфер влияния этих заместителей было сделано очень нечётким. Результат понятен: постоянные конфиликты, за разрешением которых то и дело приходилось обращаться к Большому Академику (который оставался в ранге "научного руководителя"). Что и требовалось. Издержки однако оказались высоки. Конфиликт двух замов немедленно спроецировался на все уровни руководства. Все начальники участвовали в грызне, старались дискредитировать, а то и вовсе уничтожить друг друга. Вот в эту бурную мутную водичку и решил окунуться Андрей в поисках рыбы всё возрастающих размеров. Для начала он вновь сделал весьма рискованный шаг, но риск снова оправдался. В административном плане Андрей был тогда никто, но он продолжал свою линию общественного активиста (теперь партийного), потому был членом парткома. И вот на одном из заседаний парткома, где присутствовало большинство высокого начальства (а в советские времена беспартийный не мог претендовать на руководящую должность выше самого низкого уровня, так что все начальники разумеется были партийными) он вдруг попросил слова, и красиво "по-рабочему" выступил ... против привилегий Большому Академику! Против всякого рода спецзаказов и пр. Присутствовавшие были в шоке. До времён Ельцина-гаруна-аль-рашида было ещё достаточно далеко, так что такого рода вещи вообще считалось неприличным упоминать, да вообще это было практически беспрецедентно для "периода застоя". Ну и риск был реальный: Большой Академик в тот момент мог раздавить Андрея одним ногтем. Да собственно он и был вне себя, когда ему доложили. Но его отговорили от крутых действий: всё же слишком мелкий был "противник", да и наменули, что тот как некое насекомое: раздавить легко, но вони будет (всё же его рабочее происхождение, опять же связи известно с кем...) много. В общем ограничился Академик поручением, чтобы старшие товарищи вразумили молодого выскочку. Что они и сделали. Да "выскочка" особо и не возражал. Он ведь и не собирался всерьёз воевать с привилегиями. Как только они стали положены ему самому, не только от них не отказывался, но и писал требовательные письма, если полагал, что ему их выделили недостаточно. Ему просто надо было именно засветиться, да ещё показать себя эдаким смелым обличителем, не боящимся авторитетов, к тому же умеющим красиво говорить в политически выдержанном ключе. Андрей справедливо рассудил, что услуги такой личности в тогдашней свалке могли оказаться востребованными, ну а за них можно было требовать кое-что и для себя.
И услуги востребованными оказались. Андрей был замечен и постепенно пошёл в гору. Сначала ему покровительствовали не самые высокие начальники. У них были ограниченные возможности по продвидению Андрея. Но тот был не лыком шит. Когда он понимал, что от текущего покровителя уже взял всё, что можно, следующим шагом он именно этого текущего покровителя продавал (тем более, что в период близких отношений кой-какой компромат на него нарывал), вступая в борьбу уже более высокого уровня. По-своему поразительно то. что каждый следующий покровитель, прекрасно зная репутация Андрея, тем не менее вступал с ним в союз: уж очень было соблазнительно, и каждый разумеется полагал, что уж его-то этот проходимец кинуть не сможет. Ха! Они все недооценивали Андрея.

Продолжение следует
LinkReply

Comments:
[User Picture]From: doktop_doktop
2012-07-29 06:36 pm (UTC)
Я в горбачёвские времена, при всём моём к нему неуважении, полстраны объездил. Очередей за макаронами не видел. Видел, правда, за водкой. Что было, то было.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: vanitas_vanit
2012-07-30 05:52 am (UTC)
Очередей за макаронами не было там, где не было макарон :))
Водка же меня к счастью мало волновала.
(Reply) (Parent) (Thread)
(Deleted comment)
[User Picture]From: vanitas_vanit
2012-07-30 06:04 am (UTC)
Какие нафиг pasta italiano? Примерно с 1988 года за самыми обычными отечественными макаронами очередь выстраивалась иногда на улицу.
(Reply) (Parent) (Thread)
(Deleted comment)
[User Picture]From: vanitas_vanit
2012-07-30 07:09 am (UTC)
Я подозреваю, что Док просто другие времена вспоминает. До Горбачёва дефсит тоже процветал, но макароны таки были. Исчезало всё постепенно. Сначало масло, потом сахар, потом яйца... До макарон дошло уже в позднегорбачёвское время. Помнится шутка Жванецкого (правда ещё догорбачёвская но её актуальность возрастала): "Никогда не знаешь, что исчезнет завтра, ибо если знаешь, то все бросятся покупать, и исчезнет сегодня"
(Reply) (Parent) (Thread)